Новости строительства и недвижимости, строительных и отделочных материалов. Лента строительных новостей.
В данном разделе представлены самые свежие последние новости рынка недвижимости (новостройки, загородное и коттеджное строительство, рынок земли), новости строительства (снос, строительство, новые технологии, новые строительные и отделочные материалы и их применение), новости ипотеки, ипотечного кредитования жилья. Представлена строительная информация, пресс релизы и строительные новости по: планируемым и строящимся объектам недвижимости ( новостройки ) Москвы, других регионов России. Новостная лента рассказывает о новых интересных проектах в строительстве домов, инвестиционных проектах и инвестициях в жилую, коммерческую недвижимость. Дает представление о участвующих в этих проектах заказчиках, застройщиках, ген. подрядчиках, инвесторах. Мониторинг цен на квартиры, дома, офисы, торговые центры другую коммерческую недвижимость, также является одной из задач новостей строительства и недвижимости. Анонсируется информация по новым маркетинговым исследованиям, бизнес планам, обзорам и другой аналитике в области строительства, строительных и отделочных материалов, недвижимости, ипотеки. Купить данные информационные массивы можно по т. +7 (926) 535-50-61 , Написать письмо
Каждая новая технология рано или поздно дешевеет, расходится по миру и в итоге выравнивает возможности — сначала это игрушка богатых, а потом норма для всех. Так было всегда, и именно поэтому мы верим, что и с искусственным интеллектом все пойдет по той же накатанной колее, считает сооснователь интерьерной компании Mr.Doors Максим Валецкий
К моим ежемесячным расходам добавилась еще одна статья. Теперь я трачу порядка $500 на платные подписки ИИ-сервисов, точнее, $2000 в год, плюс еще долларов триста с плюсом на токены каждый месяц. И это меня, естественно, бесит. Но при этом я думаю о том, чтобы сократить в компании маркетинг, потому что я сам стал делать новые бренды с визуалом и айдентикой и уже научился делать лендинги, хотя никогда и не изучал HTML.
Но жаловаться я буду не на лишние расходы, а на всю историю человечества разом, точнее, на одну традицию, которую мы по наивности приняли за закон природы. Подтолкнул меня к этому, как ни странно, Марк Андриссен, один из отцов современного интернета: еще студентом он сделал Mosaic, первый массовый браузер, потом основал Netscape, а сегодня управляет a16z — одним из крупнейших венчурных фондов Кремниевой долины и едва ли не главным оплотом технооптимизма. Так вот, я недавно слушал его три часа подряд: он с азартом проповедника объяснял, что искусственный интеллект все и для всех демократизирует — дает каждому бесплатного врача, репетитора и психотерапевта в кармане. Я слушал, кивал, думал про свои $500, а потом поймал себя на неуютной мысли, что чем убедительнее звучит эта проповедь, тем меньше я в нее верю.
Традиция, о которой я говорю, такая: каждая новая технология рано или поздно дешевеет, расходится по миру и в итоге выравнивает возможности — сначала это игрушка богатых, а потом норма для всех. Так было всегда, и именно поэтому мы верим, что и с искусственным интеллектом все пойдет по той же накатанной колее. А вот это, боюсь, и есть главная ошибка десятилетия.
Мельницы Возрождения
Начнем с воды и ветра. Водяные и ветряные мельницы — первый случай в истории, когда человек заставил работать на себя что-то, кроме мускулов: мельница освободила людей от самой тупой работы — молоть зерно вручную, а высвободившаяся энергия пошла на ремесла, торговлю и города. Без мельниц не было бы ни европейских городов, ни того избытка, на котором потом выросло Возрождение. Технология, которая началась с зерна, закончилась Леонардо. И главное: мельница принадлежала феодалу или монастырю, но молола для всех, и крестьянин получал доступ к энергии, которой у него отродясь не было, — технология работала в сторону выравнивания.
Кого обогатил пар
Потом пришел пар — первая технология, про которую можно всерьез спорить, кого она обогатила, а кого пустила по миру. Она создала промышленность, средний класс и железные дороги — и она же сделала горстку фабрикантов неприлично богатыми, пока ткачи громили станки и проклинали прогресс. Экономисты до сих пор называют это «паузой Энгельса» — десятилетиями, когда производительность росла, а зарплаты рабочих стояли на месте: выгода сначала почти целиком утекла наверх, к владельцам капитала, и только спустя поколение просочилась вниз. Знакомая логика? Запомните ее — мы к ней вернемся.
Электричество — чемпион по выравниванию
А вот электричество — лучший ученик в классе. Лампочка в особняке Рокфеллера и лампочка в моей кухне светят абсолютно одинаково, и богатый при всем желании не может купить себе «более яркое» электричество: когда сеть протянута, ток у всех одной природы. Холодильник, стиральная машина, свет по вечерам — все то, что раньше требовало прислуги, стало нормой. Это технология, которая в принципе не умела делать бедного беднее, разве что на сумму счета за свет.
Мобильник — выравнивание со скоростью света
И наконец, мой любимый пример — мобильный телефон, где выравнивание произошло уже на нашей памяти, без всяких столетий. В девяностых трубка размером с кирпич была статусным предметом, а сегодня у фермера в Кении в кармане лежит смартфон мощнее компьютеров, которые отправляли людей на Луну, и — внимание — этот фермер заходит в тот же интернет, что и миллиардер, видит ту же «Википедию» и ищет в том же поисковике. Качество доступа у них одинаковое. Запомните эту деталь еще крепче, чем «паузу Энгельса».
А теперь?
Итак, у нас сложилась красивая, успокаивающая картина: технологии дорожают на старте, бьют по тем, кто не успел перестроиться, обогащают владельцев — а потом неизбежно дешевеют и выравнивают. На этой вере держится оптимизм по поводу ИИ — «ну да, сейчас турбулентно, но потом все устаканится, как с мобильным интернетом», — именно это проповедует Андриссен. И вот тут я вынужден испортить вам настроение: искусственный интеллект — первая массовая технология, которая устроена прямо против этой логики, не «пока не выровнялась», а структурно, по чертежу, не предназначена выравнивать. Объясню на цифрах, потому что без них в Forbes нельзя, да и неинтересно.
Качество модели как новый класс активов
Лампочка у всех одна. А искусственный интеллект — нет. Базовый чат-бот стоит $20 в месяц, а топовая подписка, ChatGPT Pro и Claude Max, в апреле 2025 года стоила $200, и это совсем не та же лампочка, только поярче. На тарифе Claude Pro за $20 можно отправить порядка 45 коротких сообщений за пять часов, а на Max за $200 — до 900, то есть в 20 раз больше «думающего времени» машины. Впервые в истории интеллект продается по тарифу, как мобильная связь, только разница измеряется не минутами, а уровнем мышления.
Мне возразят и будут отчасти правы, что цена на ИИ обваливается: стоимость одного и того же уровня вычислений падает в разы каждый год. Но именно здесь спрятана самая коварная ловушка. Дешевеет всегда вчерашняя планка, тогда как передовой рубеж, самые умные модели, остается дорогим и платным: богатый покупает сегодняшний интеллект, а бедный получает прошлогодний по скидке. Разрыв не исчезает, он просто едет вперед вместе с фронтиром, аккуратно сохраняя дистанцию.
И тут возникает главный механизм всей истории. Когда сама модель становится почти бесплатной, преимущество переезжает на этаж выше, туда, что инженеры называют harness: память, инструменты, интеграции, агенты, оркестровка всего этого хозяйства. Строить harness умеют единицы, и стоит это дорого. Точно так же когда-то электричество стало commodity, но выиграл не тот, у кого появилась лампочка, а тот, у кого уже стояли заводы и кто просто воткнул их в розетку. С ИИ ровно то же: модель у всех почти одна, а «фабрика» вокруг нее — данные, вычислительные мощности, команда — есть далеко не у всех. Не у джуна с ChatGPT, а у фонда вроде a16z с портфелем из 40 ИИ-стартапов.
Время как капитал
Есть и второе измерение неравенства — время. Богатый давно научился покупать чужое время: ассистента, водителя, повара. Искусственный интеллект довел эту логику до предела: теперь можно купить как бы свое собственное время — делегировать агенту всю рутину, от разбора почты до анализа брокерских отчетов. Бедный по-прежнему делает все руками, час за часом; богатый запускает 20 агентов и идет спать, а они работают за него круглосуточно. Время, которое раньше у всех было примерно одинаковым ресурсом, превращается в актив, который можно докупить за деньги.
Потребительское расслоение
Это расслоение видно уже и на стороне потребления. В США на долю верхних 10% по доходам приходится 49,2% всех потребительских расходов — рекорд за всю историю наблюдений с 1989 года, и именно эти домохозяйства первыми пересаживаются на платных ассистентов и агентов, которые ищут, сравнивают и покупают за них. Когда агентский шопинг станет массовым, преимущество снова достанется тем, у кого агент умнее и расторопнее, то есть тем, кто и так наверху. Технология, которую нам продают как «уравнитель потребителя», на деле обслуживает в первую очередь того, кто уже и без нее тратит за половину страны.
При чем тут ИИ-агенты
Пока речь шла о чат-ботах, разрыв был терпимым: ну, у соседа ответы чуть точнее, переживем. Но 2026-й — это год, когда чат-боты уступают место агентам, и вот здесь история становится по-настоящему недемократичной. Агент отличается от чат-бота примерно как сотрудник от справочника: он сам планирует, сам выполняет цепочку действий, сам доводит дело до конца — круглосуточно, параллельно, без обеда и выходных. Gartner прогнозирует, что к концу 2026 года 40% корпоративных приложений будут содержать ИИ-агентов против менее 5% годом раньше, а сам рынок агентов вырастет с $7,8 млрд в начале 2026 года до $52 млрд к 2030-му.
И вот что это означает на практике. Если разница в качестве модели — это, условно, 10% точности, то у чат-бота эти 10% так и остаются 10%, а у агента, который крутит сотни циклов в день, они умножаются на объем и превращаются в разы: в разы больше сделок, заявок, писем, контрактов. McKinsey фиксирует, что агентные продажи дают +40% к приему заказов и удвоение работы с потенциальными клиентами. Тот, кто платит за лучших агентов, не просто отвечает умнее, он буквально заключает больше сделок и быстрее.
А теперь самое неприятное — про лестницу. Раньше в любую профессию был дешевый вход: стажер, джуниор, помощник. Человек заходил снизу и поднимался. Так вот, агенты выбивают именно нижнюю ступеньку: занятость разработчиков в возрасте 22–25 лет упала почти на 20% по сравнению с 2024 годом, потому что интернов-людей вытесняют «ИИ-интерны» — они дешевле, не болеют и не просят повышения. Лестница, по которой поднимались мы все, складывается снизу, а наверху остаются те, у кого уже есть и позиция, и бюджет на лучших агентов.
Почему это бьет по среднему классу
Здесь есть тонкость, которая переворачивает привычные страхи. Главными пользователями ИИ оказался не средний класс, а тридцатилетние профессионалы с опытом — топы компаний и успешные предприниматели. По данным исследования FT и Focaldata на основе опроса 4000 работников в США и Великобритании, искусственным интеллектом ежедневно пользуются 60% высокооплачиваемых сотрудников против 16% низкооплачиваемых. Иными словами, ИИ не столько заменяет экспертизу, сколько умножает уже накопленную, а значит, обогащает того, у кого она есть.
Нобелевский лауреат Дарон Аджемоглу из MIT формулирует без обиняков: «Риторика говорит, что ИИ все демократизирует. Реальность в том, что для этого нужны образование, абстрактное мышление и умение работать с кодом. ИИ увеличит неравенство между трудом и капиталом — почти наверняка». Любопытно, что по сути с ним соглашается даже главный экономист OpenAI Ронни Чаттерджи: «ИИ дополняет мастерство, умножая то, что опытные эксперты уже умеют делать». Две стороны баррикад, а вывод один: технология усиливает сильных. Просто одни считают это проблемой, а другие — бизнес-моделью.
Контраргумент, который мне нравится
Теперь я обязан заявить, что «автор может быть не согласен с мнением автора», и дать слово оптимистам, потому что аргумент у них сильный. Звучит он так: искусственный интеллект дает студенту в Бангладеш репетитора уровня Гарварда, врачу в глухой провинции — второе мнение мирового светилы, начинающему предпринимателю — юриста, маркетолога и аналитика в одном окне браузера. И это правда: доступ к знанию демократизируется как никогда. Но между «доступом к знанию» и «доступом к доходу» лежит пропасть, которую ИИ сам по себе не засыпает: знание конвертируется в деньги только через капитал, связи, рынок и институты, а их у студента в Бангладеш как не было, так и нет. Гарвардский репетитор в смартфоне — это прекрасно, но диплом, нетворк и стартовый капитал по-прежнему продаются отдельно и стоят дорого.
А что в России?
А что в России? Удивительно все в России, как обычно. Коэффициент Джини по итогам 2025 года достиг 0,422 — максимума за 18 лет, и это еще до того, как ИИ-агенты по-настоящему вошли в экономику. При этом указ президента о национальных целях требует к 2030 году опустить Джини до 0,37, а к 2036-му — до 0,33, то есть страна официально собирается снижать неравенство ровно в те годы, когда главная технология десятилетия будет его разгонять. Добавьте к этому, что значительная часть лучших российских разработчиков строит harness и агентов через Кипр, Дубай и Лиссабон, а внутри страны мы по привычке тратим силы способнейших программистов на то, чтобы блокировать звонки в мессенджерах, — и получите наш фирменный сюжет: технологию будущего создают наши, а пользу от нее получают чужие. У нас неравенство рискует пройти не столько по линии «богатый против бедного», сколько по линии «грамотный пользователь ИИ против всех остальных», и вторая категория у нас, увы, многолюднее.
Вывод, который мне не нравится
Соберем все вместе. Мельница давала слабому энергию, которой у него не было; электричество светило всем одинаково; телефон дал кенийскому фермеру тот же интернет, что и миллиардеру. А ИИ впервые говорит честно и цинично: твой ум теперь зависит от твоего бюджета, и чем дальше, тем сильнее, потому что дело не в модели, которая дешевеет, а в harness, агентах и времени, которые по-прежнему покупают за деньги.
Поэтому мой прогноз, при всей любви к технологиям, мрачноват: коэффициент Джини в ближайшие пять-семь лет вырастет именно из-за ИИ, а не вопреки ему, и в развитых странах прибавит, по моим прикидкам, три-пять пунктов, а ускорят этот рост агенты — тихо, эффективно и круглосуточно. Все прошлые революции в итоге спрашивали человека: «Есть ли у тебя доступ?» Искусственный интеллект спрашивает иначе: «Сколько ты готов платить за мой ум?» И пока ответ на этот вопрос свободный, маятник, который мы привыкли считать вечным, в кои-то веки решил никуда не возвращаться.
Электричество сделало бедных богаче. Искусственный интеллект сделает богатых еще богаче. И это не баг технологии — это ее устройство.
Я могу, конечно, ошибаться, но пока я бы на вашем месте все-таки оформил подписку подороже.
Вы можете опубликовать понравившийся материал нашего сайта у себя в блоге, на форуме или сайте. Достаточно скопировать код или нажать на кнопку
«скопировать в буфер». После этого достаточно вставить код из буфера обмена в свой проект в нужное место.
Каждая новая технология рано или поздно дешевеет, расходится по миру и в итоге выравнивает возможности — сначала это игрушка богатых, а потом норма для всех. Так было всегда, и именно поэтому мы верим, что и с искусственным интеллектом все пойдет по той же накатанной колее, считает сооснователь интерьерной компании Mr.Doors Максим Валецкий К моим... Читать дальше
Ссылка на статью: 
