Новости Строительства и Недвижимости / Медицина / Россия
Новости строительства и недвижимости, строительных и отделочных материалов. Лента строительных новостей.
В данном разделе представлены самые свежие последние новости рынка недвижимости (новостройки, загородное и коттеджное строительство, рынок земли), новости строительства (снос, строительство, новые технологии, новые строительные и отделочные материалы и их применение), новости ипотеки, ипотечного кредитования жилья. Представлена строительная информация, пресс релизы и строительные новости по: планируемым и строящимся объектам недвижимости ( новостройки ) Москвы, других регионов России. Новостная лента рассказывает о новых интересных проектах в строительстве домов, инвестиционных проектах и инвестициях в жилую, коммерческую недвижимость. Дает представление о участвующих в этих проектах заказчиках, застройщиках, ген. подрядчиках, инвесторах. Мониторинг цен на квартиры, дома, офисы, торговые центры другую коммерческую недвижимость, также является одной из задач новостей строительства и недвижимости. Анонсируется информация по новым маркетинговым исследованиям, бизнес планам, обзорам и другой аналитике в области строительства, строительных и отделочных материалов, недвижимости, ипотеки. Купить данные информационные массивы можно по т. +7 (926) 535-50-61 , Написать письмо
В последние годы организации, которые помогают людям с ВИЧ, одна за другой сокращают работу или вовсе останавливают прием. Для многих эти организации оставались единственным способом получить помощь, не рискуя потерять работу, детей или свободу. Forbes разбирался, что стоит за уходом финансировавших фонды доноров, почему государство не спешит занимать освободившееся место и чем это может обернуться для системы здравоохранения
Московский фонд «Шаги», больше 20 лет бесплатно и анонимно помогавший людям с ВИЧ (вирус иммунодефицита человека, без лечения которого может развиться синдром приобретенного иммунодефицита — СПИД), в августе 2026 года прекратил прием. Основная аудитория фонда — это мигранты, представители секс-индустрии, а также мужчины, имеющие однополые контакты («международное движение ЛГБТ» признано в России экстремистским и запрещено). То есть те люди, которые редко осмеливаются обратиться за помощью в государственные центры, занимающиеся этой проблемой.
Дело в том, что у «Шагов» не осталось ни одного грантодателя, донора или крупного жертвователя, заявляют там: «Наступил тот момент, когда не осталось ни одного возможного варианта, кроме как поставить работу Социального центра на «стоп». В отчете фонда за 2025 год председатель фонда Игорь Пчелин рассказал, что проекты «Шагов« не находят поддержки в грантовых конкурсах, а привлечение частных пожертвований на темы, связанные с тяжелыми табуированными заболеваниями и маргинализированными группами, остается невероятно сложной задачей и не обеспечивает необходимого объема ресурсов.
Граница закрыта
Если в 2021 году «Шаги» только от иностранных доноров получили 24,4 млн рублей на профилактику ВИЧ, то к 2025 году в бюджет фонда поступило всего 1,9 млн рублей — это частные пожертвования внутри страны. Прежние доноры, среди которых благотворительный фонд Элтона Джона (признан нежелательным в России), международная медицинская организация «Врачи без границ», работающая в зонах кризисов и конфликтов, а также французская гуманитарная организация «Врачи мира», финансирование прекратили.
В 2025 году по похожей причине — нехватке финансирования — сократила работу одна из крупнейших профильных некоммерческих организаций (НКО) страны — «СПИД.Центр». Согласно последнему публичному отчетному периоду, датированному 2024 годом, финансирование фонда уменьшилось на 28% за три года (с 2021-го). Если в 2021 году в бюджет фонда поступило 31,4 млн рублей, из которых 25,7 млн (82%) — средства грантов и спонсорских пакетов, то в 2024 году организация получила 22,6 млн рублей, где доля грантов и спонсорства снизилась до 51% (11,6 млн рублей).
В 2025 году ситуация с финансированием продолжила ухудшаться: из-за отсутствия господдержки фонд закрыл два своих филиала в Санкт-Петербурге и Нижнем Новгороде, оставив только один — московский. Помимо нехватки денег, причиной сворачивания деятельности в «СПИД.Центре» назвали то, что «работать с ключевыми группами в силу законодательства становится сложнее, а иногда и просто опасно».
В департаменте здравоохранения Москвы на запрос Forbes о последствиях возможного полного закрытия двух профильных НКО сообщили, что местные организации получают финансовую, имущественную, образовательную и информационную помощь, и привели пример: в 2021 году фонд «Шаги» выиграл грант городского конкурса «Москва — добрый город» на 4,9 млн рублей, а с 2020-го безвозмездно пользуется помещением во 2-м Саратовском проезде по договору, который формально действует до мая 2027 года. Более актуальных случаев получения грантовой поддержки там не озвучили.
Кроме того, в ведомстве отметили, что пациентам с ВИЧ в Москве доступны «все возможности современной медицины» — вплоть до высокотехнологичной помощи при сопутствующих онкогематологических заболеваниях и трансплантации сердца, а также современная антиретровирусная терапия, включая новейшие препараты.
Распространенность ВИЧ-инфекции в столице, по данным департамента здравоохранения Москвы, гораздо ниже, чем в целом по России и даже «в сравнении с другими мировыми столицами», а тест на ВИЧ «стал частью ЗОЖ-культуры в столице» — его можно сдать в шаговой доступности по месту жительства, выбрав удобную точку на специальной карте. Так, в 2025 году тест прошли около 8 млн москвичей, охват составил почти 60% населения — это эталонный для мирового здравоохранения показатель, как формулирует это сам департамент. Но какова доля именно лиц из уязвимых групп среди тех, кто проходил тест, в департаменте не уточнили.
Цена экспертизы
По словам сооснователя одного из проектов помощи людям с ВИЧ, который попросил сохранить анонимность, судьбу профильных фондов предопределила схема финансирования, сложившаяся в 1980–1995 годах с началом эпидемии ВИЧ в стране и с тех пор не менявшаяся. Дело в том, что у российского государства тогда не было экспертизы, чтобы справляться с проблемой самостоятельно, но она была у международных организаций, прежде всего у Глобального фонда для борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией. Именно эти организации и начали финансировать российские НКО, взяв на себя роль, которую пока не могло исполнить государство.
Их логика строилась на постепенной передаче ответственности в государственные руки, и вскоре доноры стали снижать финансирование. «Однако все, что взяло на себя российское государство, по большому счету, свелось к закупке антиретровирусной терапии. А вот каких-то комплексных медико-социальных программ, нацеленных на уязвимые группы, у нас в стране нет ни на государственном, ни на региональном уровнях», — поясняет эксперт.
Усложнил ситуацию 2022 год. По его словам, у международных доноров есть общий принцип распределения бюджета — направлять средства туда, где ситуация требует наибольшего внимания, и с 2022 года приоритеты части фондов сместились на поддержку украинских ВИЧ-сервисных организаций. Повлияло и то, что с 1 декабря 2022 года начала действовать ужесточенная версия закона об иноагентах — теперь этот статус НКО может получить не только за получение денег из-за рубежа, но и просто за «нахождение под иностранным влиянием в иных формах».
Тем не менее прямого политического давления в отношении ВИЧ-сервисных организаций пока не выявлено, продолжает эксперт, однако финансовые трудности вполне ощутимы: из-за них подобным фондам приходится искать другие источники средств либо прекращать деятельность. Цена этого решения при этом выше, чем кажется на первый взгляд, предупреждает собеседник Forbes. Вместе с ними может быть утрачена инфраструктура и экспертиза, которая формировалась десятилетиями: способы устанавливать контакт с ключевыми группами, обеспечивать профилактику, сопровождать людей к тестированию и лечению, помогать им оставаться в системе помощи. Ведь именно на профилактике среди уязвимых групп строится вся система борьбы с эпидемией ВИЧ. Внутри них болезнь распространяется быстрее всего: если удается сдержать эпидемию на этом уровне, замедляется ее развитие и во всей остальной популяции.
«Весь путь, который был пройден за 30 лет, мы будем проходить заново. Это полное обнуление — и на уровне экспертизы, и на уровне сервисов», — заключает эксперт.
Стигма среди врачей
Основная работа таких организаций, как «Шаги» и «СПИД.Центр», строилась не столько на лечении, сколько на первом и критически важном шаге — тестировании и юридическом и психологическом сопровождении, не принуждающем становиться на официальный учет. Их задачей было довести человека до врача: после положительного теста в фонде пациента консультировали и направляли дальше — в государственный центр или в частную клинику.
Сооснователь H-Clinic — первой в России частной клиники, специализирующейся на инфекционных заболеваниях, — Анастасия Кунец считают, что именно в этом первом звене и заключается главная опасность закрытия НКО. Они считают, что именно НКО хорошо умеют работать в таких группах, и предупреждают, что для уязвимых людей их закрытие может иметь печальные последствия.
Число обращений в H-Clinic от людей, ранее связанных с некоммерческими организациями, снизилось, отмечают в клинике, а вместе с сокращением поддержки фондов упала и их способность направлять пациентов дальше. При этом закрыть эту брешь частная медицина не может. «Пациенты из уязвимых групп, как правило, не посещают частные клиники», — отмечает Кунец.
Даже когда человек все-таки доходит до врача, он может не получить необходимой поддержки. Как правило, это происходит как из-за стигматизации со стороны медицинского сообщества, так и ввиду незнания специфики лечения пациентов с сопутствующими патологиями (например, если речь идет о химиотерапии). По словам экспертов, портрет пациента с ВИЧ давно изменился: если раньше это были молодые люди, получившие болезнь в результате употребления психоактивных веществ путем инъекции, то сегодня свыше 80% новых случаев в России связаны с незащищенными гетеросексуальными контактами.
Устаревшее представление о ВИЧ как о болезни исключительно представителей групп риска сохраняется в том числе среди самих медработников, что подпитывает и общероссийскую стигматизацию носителей вируса. «Многим, особенно возрастным медработникам, сложно отойти от когда-то намертво заученной парадигмы про «ВИЧ только у секс-работниц и наркоманов». К этим категориям общество относится негативно — вот и причина пренебрежения, смешанного со страхом заражения», — говорит терапевт, основатель мобильного приложения «Справочник врача» Константин Хоманов.
Последствия бывают необратимыми: столкнувшись с пренебрежением врача, пациент может начать отрицать и болезнь, и необходимость лечения, из-за чего выпадает из поля зрения медицины, что заканчивается инвалидностью и смертью. По словам Хоманова, в части случаев негативное отношение медработников доводило пациентов до попыток суицида. Тем не менее большинство просто терпят несправедливое отношение к себе, не переставая наблюдаться, отмечает он.
Страх перед системой
В России действует обязательное тестирование на ВИЧ для ряда профессий — медиков, педагогов и других категорий работников. По словам клинического психолога Юлии Королевой, именно из-за таких требований люди часто боятся обращаться за диагностикой и лечением: например, опасаются, что положительный статус станет известен работодателю и они потеряют работу.
Кроме того, люди с ВИЧ боятся раскрыть свой статус, так как это может привести к потере опеки над детьми или права на усыновление. По словам Королевой, большинство людей с ВИЧ в России скрывают свой статус даже от родных.
В качестве пояснения она приводит статистику. По данным ФБУН ЦНИИ эпидемиологии Роспотребнадзора, из 1,23 млн человек с подтвержденным диагнозом ВИЧ в России на диспансерном учете состоят 71,6% — 882 380 человек. Еще меньше, 65,6% от общего числа живущих с ВИЧ, получают терапию для борьбы с этой болезнью. Около 350 000 человек с установленным диагнозом остаются вне системы медицинского наблюдения вообще — не проходят лечение и не находятся под контролем врачей.
«Уязвимые группы неохотно проходят АРВ-терапию, так как не верят, что их данные останутся конфиденциальными, а с закрытием НКО люди теряют возможность получить консультацию без страха осуждения», — говорит Юлия Королева. По ее словам, психологическая поддержка, которую они получали именно в НКО, часто была единственной ниточкой, удерживающей их в лечении.
Официальная статистика, по мнению врача-кардиолога и врача функциональной диагностики клиники «Олимп Клиник МАРС» Киры Далгатовой, при ближайшем рассмотрении выглядит не так однозначно, как кажется на первый взгляд. «Показатель заболеваемости ВИЧ-инфекцией снизился на 13,4% по сравнению с 2024 годом. Выглядит оптимистично, правда? Но давайте посмотрим глубже», — говорит она, ссылаясь на анализ экспертной группы «Здравресурс». По ее словам, если разложить цифру в 1,23 млн человек с ВИЧ по этапам, картина получится куда тревожнее: до врача и постановки на учет доходят лишь семь из 10 таких людей, реальное лечение получают только 6,5 из 10, а до того состояния, когда вирус действительно подавлен и не прогрессирует, доходит лишь каждый второй.
Далгатова рассказывает о случаях из собственной практики: работая в многопрофильной городской больнице, она регулярно сталкивалась с пациентами, которые неделями или месяцами не обращались к врачу и попадали в стационар уже в тяжелом состоянии, продолжая скрывать ВИЧ-статус даже от лечащих врачей. Причины были разными: кто-то аккуратно принимал терапию, но боялся огласки, а кто-то знал о диагнозе давно, но страх и отрицание не позволяли встать на учет и начать лечение. Кто-то же узнавал о статусе впервые, уже находясь в больнице.
«Всех их объединяло одно — благодарность за то, что с ними просто поговорили, как с людьми: без спешки и понятным языком объяснили, что ВИЧ — не приговор, что его нельзя вылечить, но можно держать под контролем, и что есть реальные шансы жить обычной жизнью», — говорит Далгатова.
Вы можете опубликовать понравившийся материал нашего сайта у себя в блоге, на форуме или сайте. Достаточно скопировать код или нажать на кнопку
«скопировать в буфер». После этого достаточно вставить код из буфера обмена в свой проект в нужное место.
В последние годы организации, которые помогают людям с ВИЧ, одна за другой сокращают работу или вовсе останавливают прием. Для многих эти организации оставались единственным способом получить помощь, не рискуя потерять работу, детей или свободу. Forbes разбирался, что стоит за уходом финансировавших фонды доноров, почему государство не спешит... Читать дальше
Ссылка на статью: 
