17.06.2026 - «Философствуют все, даже мелюзга»: почему молодежь заинтересовалась Кантом и Ницше

Еще недавно казалось, что философия — удел ученых, интеллектуалов и немолодых людей с избытком свободного времени. Сегодня картина принципиально иная: подкасты о Фуко и Сартре собирают тысячи прослушиваний, философские клубы пополняются новыми членами, а книги мыслителей все чаще попадают в списки самых читаемых. Зумеры, за которыми закрепились стереотипы о клиповом мышлении и культурной поверхностности, массово потянулись к одной из самых древних наук. Forbes Young разбирается, почему это происходит именно сейчас В мае книжный сервис «Литрес» и исследовательское агентство Magram MR спросили у россиян, какие гуманитарные науки они считают полезными для осмысления мира и своего места в нем. Более трети (38%) 18–24-летних респондентов выбрали философию.

«Рост интереса к философии среди молодежи я воочию вижу уже лет пять. Публика планомерно расширяется. Все чаще и чаще мне пишут студенты и абитуриенты — интересуются именно философией», — рассказывает доктор философских наук, основатель общества «Интеллектуальные среды» и автор канала «Философ Андрей Макаров» Андрей Макаров.

Ренессанс философских сообществ

Растущий интерес к философии стал драйвером развития многих профильных сообществ. «Философские паблики, клубы, дискуссионные сообщества и особенно Telegram-каналы переживают настоящий ренессанс. Перегруженные люди, балансируя на краю своего культурного капитала над морем информационного хаоса, находят время не только подписаться, но и регулярно следить, читать, обсуждать абстрактные идеи и внутридисциплинарные проблемы», — отмечает кандидат философских наук Евгений Цуркан.

Так, образовательная онлайн-платформа «Правое полушарие интроверта», специализирующаяся на гуманитарных темах, преодолела отметку в 2,5 млн подписчиков на YouTube и 56 000 — в Telegram. На этой же площадке (Telegram) каналы PhilosophyToday, «Философское кафе» и «вчемсуть» тоже набрали многотысячные аудитории — 19 300, 13 700 и 12 100 подписчиков соответственно. А «Подкаст о философии», который ведут Евгений Цуркан и стендап-комик Всеволод Ловкачев, собирает десятки и сотни тысяч прослушиваний.

Просто о сложной картине мира

«За последние пять лет философского контента точно стало больше. Появилось больше людей, которые записывают короткие ролики про философию, рассказывают, с чего начать ее изучать, делятся интересными идеями… Современные соцсети перестают быть исключительно развлекательными. Они становятся в определенной степени образовательными и культурными. Человек понимает, что если он проводит в них по два-три часа в день, то хотел бы получать не только контент, над которым смеешься и тут же забываешь, но и то, над чем остановишься, перечитаешь, задумаешься», — резюмирует философ, автор проекта «вчемсуть» и Telegram-канала «сценарии-м» Максимилиан Неаполитанский.

В 2024 году запустился философский проект Quercus — сегодня это клуб и кафе, где проводят еженедельные дискуссии, лекционные циклы, публичные дебаты и кинопоказы с философским разбором. Изначально Quercus был рассчитан на зрелую публику, объясняет его основательница Анна Колесникова, но аудитория проекта расширилась: «Мы ориентировались на людей старше 35–40 лет, то есть тех, кто закрыл свои базовые потребности, родил детей и переживает экзистенциальный кризис, ищет новые драйверы и смыслы жизни... А к нам приходит молодежь. Причем подготовленная, с хорошим бэкграундом: видно, что много читали, задают интересные и сложные вопросы, хотя у них нет профильного образования».

«Государь» не запылится

Статистика книжных сервисов (а книги считаются сердцем философской науки) доказывает популярность нового увлечения россиян. Например, «Литрес» в начале мая зафиксировал рост продаж философской литературы на 30%. В числе лидеров оказались «Государь» Никколо Макиавелли и сочинения стоиков — Марка Аврелия и Луция Аннея Сенеки.

Похожая картина сложилась с бумажными книгами. И, судя по данным сети книжных магазинов «Читай-город», с которыми ознакомился Forbes Young, среди молодых покупателей (2000–2010 годов рождения) самыми популярными направлениями в философской литературе в январе — мае стали психосоциальная и политическая философия, экзистенциализм, стоицизм и немецкая классика.

Вот как выглядит топ-20 самых продаваемых книг по философии, которые молодежь покупала в «Читай-городе»:

«Искусство любить» Эриха Фромма

«Государь. О военном искусстве» Никколо Макиавелли

«Наедине с собой» Марка Аврелия

«Бунтующий человек. Миф о Сизифе» Альбера Камю

«Экзистенциализм — это гуманизм» Жан-Поля Сартра

«Так говорил Заратустра» Фридриха Ницше

«Государство» Платона

«По ту сторону добра и зла» Фридриха Ницше

«О скоротечности жизни» Луция Аннея Сенеки

«Логика» Георгия Челпанова

«Критика чистого разума» Иммануила Канта

«Восстание масс» Хосе Ортеги-и-Гассета

«Общество потребления» Жана Бодрийяра

«Диалоги. Апология Сократа» Платона

«Искусство быть» Эриха Фромма

«Воля к власти» Фридриха Ницше

«Иметь или быть?» Эриха Фромма

«Бегство от свободы» Эриха Фромма

«Нравственные письма к Луцилию» Луция Аннея Сенеки

«Логика» Георга Гегеля

Минервина сова над кризисом

«Гегель говорит: «Сова Минервы вылетает в сумерки». Это значит, что интерес к философии возникает в эпоху кризисов, во время нарастающего безумия, когда даже простые люди начинают осознавать, что их надежды на разумность управленческих и иных элит не оправдались», — объясняет Андрей Макаров.

Чтобы разобраться, почему философия взволновала людей, научный сотрудник Института философии РАН Николай Герасимов предлагает обратиться к истории: он проводит параллель между сегодняшним днем и 1920-ми годами, когда страна пыталась построить новый образ жизни на руинах недавно сломленного уклада. В те годы первой на социальную турбулентность отреагировала молодежь — тогда же резко выросло число философских кружков при университетах, а публичные диспуты о марксизме, религии и судьбе России собирали полные залы. Нынешняя ситуация отличается только тем, что большая часть собраний и диспутов переместилась в онлайн.

«Современная молодежь живет в атмосфере неопределенности, находится на развилке истории и пытается найти способ выживания в этом мире, понимая, что не все сводится к материальному благополучию, — объясняет Герасимов. — Художественная литература отошла на второй план, а на первый вышел нон-фикшен. Молодые люди предпочитают книги по антропологии и социологии, увлекаются философией — это стало модно. Они хотят разобраться во всем».

Примечательно, что, по словам Неаполитанского, читатели выбирают тех авторов, которые сами проживали кризисные времена: «Если взять самые популярные философские идеи и авторов — стоиков, Ницше, экзистенциализм в лице Сартра и Камю, — то все эти философии появляются в нестабильное время и отвечают на вопрос: что делать человеку в ситуации кризиса, личного и глобального? Стоицизм возникает на фоне кризиса полисной жизни. Ницше взрослеет в Европе после «весны народов», наблюдает открытия Дарвина и понимает, что мир уже никогда не будет прежним (неслучайно Ницше называют пророком XX века). Главные тексты Камю и Сартра — «Миф о Сизифе», «Бытие и ничто» — написаны во время Второй мировой войны».

Пользоваться своим умом

При всей мрачности причинно-следственных связей Макаров считает, что «это хорошее время: «детям» становится ясно, что «отцы» обанкротились и теперь необходимо воспользоваться своим собственным умом». Философия для молодежи оказывается не столько источником истины, сколько тренажером, развивающим навыки ориентации в реальности, — учит отличать факты от интерпретаций, строить аргументы, видеть скрытые допущения и проводить неожиданные связи. «В ситуации предельной неопределенности требуется не столько знание, сколько способность мыслить — работать с возможностями, а не с готовыми ответами, — считает Цуркан. — Философия дает смелость пользоваться собственным умом. Это пространство, где можно задавать «лишние» вопросы, пересобирать очевидности, проверять границы допустимого».

Цуркан отмечает, что философия не только подводит человека к пределу (главным вопросам о жизни, смерти, Вселенной и т.д.), но и предоставляет ему пути отступления. Философ поясняет: «В этом смысле классический пример Боэция с его «Утешением философией» остается удивительно актуальным: философия одновременно радикализирует опыт и смягчает его, обнажает бездну и учит в нее смотреть, не теряя равновесия».

Римский философ Боэций писал свое «Утешение» в VI веке в ожидании казни, и именно тогда философия оказалась для него единственной устойчивой точкой опоры. Молодые люди XXI века, разумеется, не сидят в темнице, но ощущение зыбкости мира, невозможности строить долгосрочные планы и дефицит жизненных смыслов вполне реальны и для них. Философия таким образом открывает интеллектуальное убежище, в котором можно спрятаться от невзгод и определить, как мы смотрим на мир — со стоической непреклонностью или нигилистической холодностью.

Успокоение в апокалипсисе

«Такие всплески интереса к философии были раньше и будут в будущем, потому что разумность в кризисе», — резюмирует Макаров.

«В России нет философии, но философствуют все, даже мелюзга, — писал Чехов в повести «Палата №6». — Но ведь от философствования мелюзги никому нет вреда… Зачем же, дорогой мой, этот злорадный смех? И как не философствовать этой мелюзге, если она не удовлетворена? Умному, образованному, гордому, свободолюбивому человеку, подобию божию, нет другого выхода…»

Чехов писал это на рубеже эпох. Сегодня ощущение той же тектонической неустойчивости возвращает к философии с новой силой. «Как написал Петер Слотердайк, философия помогает найти успокоение в апокалипсисе пространства, позволяет найти такое место, где уже невозможна утрата оснований, — потому что твое мышление, твой разум всегда будет твоим. И важно не бояться пользоваться собственным умом, как учил нас Иммануил Кант», — заключает Неаполитанский.

Постоянный адрес материала - «Философствуют все, даже мелюзга»: почему молодежь заинтересовалась Кантом и Ницше